Михаил Бабкин 
Зачёт

Михаил Бабкин
Зачёт

В шесть утра, перед тем как собираться на работу, Максимов – в одном лишь спортивном трико и пластиковых тапочках – пошёл вынести мусорное ведро, а заодно покурить на лестничной площадке, на свежем воздухе, так сказать. Дымить в квартире, даже на кухне и даже в форточку, жена запрещала категорически.
Мусоропровод, как назло, был забит доверху, вплоть до девятого этажа, где находилась квартира Максимовых. А лифт ещё позавчера сломался – какую‑то медную катушку из него украли, особо важную для лифтовой работы. Надо было идти вниз, высыпать мусор в уличный бак у соседнего дома, потом возвращаться к себе, пешком. А на дворе осень, холодно и сыро…
Максимов закурил сигарету, попинал ведро тапочкой, решил, что мусор и до вечера потерпит; в крайнем случае Клавка, когда проснётся, вынесет. Может быть.
На лестничной площадке, из ниоткуда, вдруг материализовался молодой человек в длинном, до пола, чёрном халате, расшитом серебряными звёздами и остроконечном колпаке, тоже чёрном и звёздном. Улыбаясь словно коммивояжер возможному покупателю, молодой человек прочувствованно сказал:
– Здравствуйте, уважаемый! Вам неслыханно повезло! Я – выпускник кафедры доброго волшебства академии чудес, и моя преддипломная практика осчастливить сегодня первого встречного, выполнив любое его желание. Такое вот у меня задание.
– Очень мило, – флегматично ответил Максимов, который с утра по понедельникам давно уже ничему не удивлялся, поскольку мешало обязательное похмелье, – вот уж свезло мне, так свезло! Да.
– Вот вы не верите, – печально заметил молодой человек, – а зря. Того гляди, повернётесь и уйдёте, а мне зачёт не поставят… И вы, можно сказать, великий шанс всей своей жизни упустите. Заветную мечту!
– Ну‑ну, – неопределённо произнёс Максимов, в задумчивости стряхивая пепел себе на штаны. – Ишь как загнул… Ладно. Давай, студент‑маг, организуй мне миллион баксов наличкой, в мелких купюрах. Что, слабо?
– Очень плохое желание, – огорчился выпускник академии чудес. – Поймите, если я выполню это требование, то полученные вами деньги у кого‑то пропадут, согласно закону перемещения масс. И этот кто‑то, возможно, пойдёт под суд… или даже покончит с собой! Нет, доброе волшебство категорически против вредных пожеланий.
– Понятно, – буркнул Максимов. – А превратить мусор в тысячерублёвые купюры можешь? Чтоб полное было, с горкой, – он снова пнул тапочкой мусорное ведро.
– Ещё более неудачное желание, – вздохнул молодой человек. – Деньги, созданные в обход государственного Монетного Двора, по сути являются фальшивыми, невзирая на своё полное соответствие настоящим купюрам. Нет, доброе волшебство категорически против вред…
– Десять ящиков пива! – рубанул воздух ладонью Максимов.
– Вредно для сердца и почек, – быстро ответил выпускник академии чудес.
– Бутылка водки, – атаковал его Максимов.
– Цирроз печени, алкогольный психоз, – парировал студент‑маг.
– Пачка сигарет? – предложил Максимов.
– Астма, рак лёгких, – пообещал молодой человек.
– Тьфу ты, – только и сказал Максимов.
Выпускник академии чудес выжидательно смотрел на него.
– Тогда вот чего, – Максимов заплевал окурок, кинул его в ведро. Желаю, чтоб ты сбегал вниз, мусор выкинул. Контейнер – у соседнего дома. Надеюсь, доброе волшебство не против?
– Вовсе нет, – просветлев лицом, сообщил студент‑маг. – Я мигом! – и, подхватив одной рукой ведро, а другой – приподняв полы чёрно‑звёздного халата, опрометью кинулся вниз по лестнице.
– И ведро, ведро назад принеси! – крикнул Максимов в лестничный пролёт, – а то знаю я вас, скубентов!
– Принесу! – донеслось снизу и стало тихо – добрый волшебник спешил выполнить заветную мечту первого встречного. То есть, отработать свою преддипломную практику.
Максимов достал из пачки сигарету, закурил: домой он уже не торопился. И не потому, что ждал обещанного ведра, нет. А потому что надеялся – вдруг ещё какой выпускник академии чудес сюда вновь пожалует? С кафедры злого волшебства.
Это было бы хорошо…